Мой дорогой Коул  - Тиджан

Три месяца спустя

– Эддисон, ты можешь вычистить стойло у Тэффи?

– Кто это там? – спросила Сиа по телефону.

Я поудобнее зажала трубку между щекою и плечом, показала Кирку большой палец и направилась на другой конец конюшни. Пока я шла, через дверцы каждого стойла за мной наблюдали лошади.

– Это парень, которому я помогаю, – ответила я. – Маме надоело, что я околачиваюсь дома. Когда управляющий конюшни на нашей ярмарке обмолвился, что ищет добровольцев, догадайся, кого она предложила?

– О нет.

– Да.

Я остановилась на полпути до стойла Тэффи. Сумки у меня были припрятаны возле баков с кормами. Я взяла несколько яблок из тех, что принесла, и пошла дальше. Когда идешь к альфа-кобыле, важно позаботиться о взятке.

– По большей части здесь замечательно, и если честно, правильно, что меня выперли из дома.

Сиа неопределенно промычала что-то, а Тэффи высунула голову поверх калитки. У нее были огромные глаза лани и длинная белая отметина на лбу. Учуяв яблоки, она принялась раздувать ноздри и тыкаться мордой мне в руку.

– Кроме того, некоторые из этих лошадок получше людей, – сообщила я подруге. – Вот как эта. – Я провела ладонью вверх по морде Тэффи, до самой челки. – О да. Ах ты, мисс Тэффи. Ты самая главная кобыла, не так ли?

– Флиртуешь с лошадью? – спросила Сиа.

Рассмеявшись, я зажала телефон возле другого уха. Тэффи забрала у меня яблоки и втянула голову назад, очень довольная, что их можно уронить на пол и спокойно съесть.

Я прислонилась к перегородке стойла.

– Флиртую, и мне на все плевать.

Сиа захохотала, затем смех оборвался.

– Ты не вернешься, да?

– А что?

– У тебя такой счастливый голос. Во всяком случае, с каждым нашим разговором он звучит все веселее. Ты не собираешься назад, верно?

Я слышала в ее голосе разочарование.

– Ну… – Что я могла сказать? Вещи мои оставались еще там. Ждали. Собирали пыль. Одинокие и покинутые. – Я не знаю. В самом деле, не знаю.

– Я все надеялась, что ты нас не бросишь, а теперь слышу это по твоему голосу. Мне ты можешь сказать. Ты действительно не собираешься возвращаться.

Я смотрела в пол, крепко сжав трубку. У меня запершило в горле.

– Гм…

– Не обращай внимания. Я это говорю не для того, чтобы расстроить тебя. Извини. Просто я… я с ума схожу, что моей лучшей подруги здесь нет.

– Понимаю. – Я вздохнула. – Прости.

Ее голос затих до шепота.

– Думаю, Джейк собирается сделать мне предложение. – Не давая мне вставить слово, она затараторила дальше: – Доказательств у меня нет. Не то чтобы я нашла кольцо или что-нибудь, хотя бы чек, но каждый раз, когда я захожу на его компьютер, сбоку выскакивают объявления про кольца. А когда смотрела одежду, неожиданно стали появляться объявления про платья. Это значит, что он ищет, верно?

Я уже знала, что ищет. Джейк позвонил неделю назад спросить у меня «разрешения». Мы разговаривали, Джейк посмеивался, но я слышала, как он нервничает.

– Понимаю, что ты ей не мама и не папа, но я ее встретил благодаря тебе, и ты ей как родная, – сказал он. – Я посчитал, что будет правильно спросить тебя. Ее родителей я тоже спрошу, но, если честно, ты ей ближе. Я знаю, что это будет много значить для нее – то, что я тебя спросил, вот я и… – Он снова хохотнул, закончив на высокой ноте. – Вот я и спрашиваю, можно ли мне жениться на твоей лучшей подруге.

– Да, – сказала я ему. У меня щеки от смеха заболели за время нашего разговора. – Тысячу раз да. Она очень тебя любит.

– Правда?

– Да!

У него был такой счастливый голос, и потом до самого конца разговора он все никак не мог успокоиться.

– Что ж, если ищет, значит, мозги есть, – сказала я Сиа.

Она фыркнула.

– Здесь ты чертовски права. Он проявил чудеса гениальности, уговорив меня по-быстрому в ту первую ночь. Инста-любовь, Эддисон. Клянусь. Это случилось, когда мы в первый раз ужинали у него после того, как он нашел тайник Уильяма, и перед тем, как процитировать надпись с футболки Дерека.

– Я должна про это знать?

– Ты помнишь ту футболку? Или погоди. Может, это была его кружка для кофе? Думаю, все-таки кружка. – Она хихикнула. – Он пришел на ужин с собственной кружкой, и до сих пор так ходит! Все с той же. На ней написано: «Не БеспОКойся, Я Не Кусаюсь». Когда мы были в ванной, Джейк сказал: «Не беспокойся, я кусаюсь». Так и случилось. Но я жуть как смеялась. – Она и теперь расхохоталась, но чуть погодя взяла себя в руки. – Вот тогда это и сбылось. Вот тогда я в него и влюбилась. Просто до недавнего времени не понимала этого.

– Что же, это действительно замечательная история. – Я должна была ей это сказать.

– Не слишком много информации?

– О нет, нормально. – Я улыбалась, как дура, и знала, что Сиа ведет себя так же. Тэффи тыкалась мне в плечо, а когда я отвернулась, принялась нюхать мою ладонь. – Мне нужно идти. Есть тут одна кобылка, которая просит покушать. И начинает с голодухи посматривать на мой телефон.

– Ладно. Слушай, гм… пока ты не пошла, я должна тебе кое-что сказать.

У меня сжалось сердце.

– Что?

– Я его вчера видела.

Я сразу поняла кого. Во рту пересохло.

– Он похудел. – Она поперхнулась и откашлялась, прочищая горло. – Он здесь нечасто появляется. Я имею в виду, что вообще его не вижу, а говорю со слов Доны.

У меня бухнуло сердце. Мне всегда словно не хватало воздуха, когда речь заходила о Коуле.

– Она сказала, что он уезжал, но сейчас вернулся. Мы его видели в вестибюле вчера вечером. Джейк и я уезжали с Дорис и Уильямом. Вот с кем нам пришлось тусоваться – с нашими соседями, хиппи на пенсии. Вынуждена добавить – потрясными и веселыми. Ах да, Дерек собирается пригласить Дону на свидание. На прошлой неделе у нас был еще один ужин, и она извинилась передо мной за какую-то штуку с телефоном. Я понятия не имела, о чем она говорит, но она весь вечер расспрашивала про Дерека, поэтому я думаю, что он уже пригласил ее на свидание. Полагаю, она раздумывает. Во всяком случае, надеюсь. Кажется, она уже не так одержима Джейком, так что это плюс.

– Сиа!

– Что?

– Коул.

– Прости. Понимаешь, я нервничаю, когда говорю о нем. Но ладно. Да. Мы его видели. Дорис с Уильямом после этого сходили с ума. Думаю, Уильям обкурился прямо перед нашим отъездом. Он очень испугался, что Коул выгонит его из-за нашего принципа «никаких наркотиков»… какая ирония, правда? Владелец здания – босс мафии и проводит политику «никаких наркотиков»…